Секреты красоты

Журнал для женщин и тех, кто их любит. Советы, как похудеть без диет, вести здоровый образ жизни, отлично выглядеть и строить отношения с мужчинами.

Хотите получать интересные статьи от журнала для женщин "Секреты красоты" на свой е-мейл? Любовь к себе и мужчинам, уход за собой, здоровый образ жизни, как похудеть без диет, семья, карьера, психология и многое другое.

Символика любви. Сценарий к голливудскому фильму

Символика любвиСимволика любви. Сценарий к голливудскому фильму,
написанный весьма далеким от мира кино автором

Профессор Фриланд вошел в учебную аудиторию и быстро огляделся. За столами сидело десятка два студентов, большинство из которых он уже знал по имени.

Его семинар по человеческим эмоциям для будущих психологов и социальных работников продолжался уже, по крайней мере, месяц. Тема сегодняшнего занятия…

Профессор повернулся к доске и написал черным маркером на белой пластмассовой поверхности:

Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ.

За спиной у него раздалось несколько протяжных свистков.

— Да, именно так, — начал Фриланд, — мы будем говорить о любви. Современная физиология трактует любовь как одну из наиболее комплексных эмоций, за возникновение и образование которой отвечает сразу несколько необходимых факторов. Ученые определили точно полушарие и зону головного мозга, где любовь, скажем так, «живет».

Им известно, какие химические элементы приводят в возбужденное состояние эти участки. Что до сих пор от них скрыто, так это как и почему уровень этих элементов вдруг возрастает в несколько раз в течение короткого промежутка времени, иногда в течение нескольких минут, когда человек вдруг понимает, что влюблен.

Однако кое-какие исследования были проведены и в этой области. Итак, что же нужно сделать, чтобы вызвать любовь у другого человека?

Он протянул руку и достал из-под стола надутый шарик в форме сердца красного цвета. Девушки в аудитории невольно ахнули; широкие улыбки осветили их лица.

— Первым шагом, — продолжил профессор, — будет вызвать интерес к себе и дать понять о своих чувствах. Однако, — он вышел из-за кафедры и медленно пошел между столами, — здесь нужно помнить об индивидуальных особенностях личности каждого человека.

Он протянул шарик сидевшей слева от него светловолосой Кэтрин, которая благодарно улыбнулась ему в ответ.

— Что понравится одному из нас, — продолжил профессор, глядя, как Кэтрин обмотала нитку шарика вокруг своего пальца и трепетно прижала руки к груди, — что будет благосклонно принято одним индивидумом…

Oн быстро вернулся за кафедру, достал из-под стоявшего рядом стола другой шарик, снова пересек пространство аудитории и подошел к сидевшей у самого окна Квинь Пен, прикрывавшей одно ухо рукой. Из-под ee пальцев был едва виден белый шнур от наушников музыкального плеера. Фриланд протянул ей шарик.

— То может быть запросто отвергнуто другим.

Квинь Пен, поначалу взявшая шарик, разжала пальцы, и красное сердечко, наполненное гелием, взмыло к потолку.

— Все это гораздо проще, профессор, — подняла руку высокая рыжая Луэлла, сидевшая далеко на задней парте.

— Уверяю вас, любовь в наше время возникает по гораздо более простым причинам.

— Да? — Фриланд уже вернулся назад за кафедру. — Интересно, по каким же?

Луэлла встала из-за стола и медленно, нарочито эротическим жестом сняла с себя узкий жакет, потом подняла обе руки вверх и откинула назад свои густые рыжие волосы, проведя языком по пухлым губам.

Парни в аудитории громко засвистели и затопали ногами, требуя продолжения.

— Уверяю тебя, Луэлла, — произнес Фриланд, — таким образом ты поспособствуешь лишь приливу крови к моему пенису, вызывая эрекцию. К возбуждению долей головного мозга это не будет иметь никакого отношения.

Под нестройный смех Луэлла села снова за парту.

— Пробуждению интереса, — вернулся к своей лекции профессор, — прекрасно служат такие праздники, как день святого Валентина, со всеми его сердцами, коробками конфет и букетами цветов. Цветы вообще являются самым простым и понятным знаком, выражающим человеческиe эмоции. Ну, кто не поймет, что красная роза означает…

— Я люблю тебя, — нараспев подхватила аудитория.

— Вот именно. Желтый тюльпан — предложение вечной дружбы. Некоторые цветы вобрали свое послание в собственное название, чтобы облегчить нам задачу, как, например, незабудки.

Профессор Фриланд окончил свою лекцию, как положено, в половине второго и, не задерживаясь, вышел из аудитории. Он не успел позавтракать утром.

Просидев полночи над материалами для своей новой книги, проснулся слишком поздно даже для чашки кофе в ближайшей кофейне. В яркий солнечный полдень он уже был основательно голоден.

На дворе был конец мартa. Уже несколько раз солнце довольно сильно пригревало настывшую за зиму землю, oднако деревья и кусты в парке, окружавшем университетский городок, по-прежнему стояли голыми, не торопясь выпускать крошечные листочки. Они прекрасно знали, как изменчива и непостоянна была весна в этом уголке Пенсильвании, когда за почти двадцатиградусной жарой мог еще последовать снег и даже заморозки.

Фриланд вышел через кованые металлические ворота на широкий бульвар. Его путь лежал двумя кварталами дальше вниз, где на углу приютилось маленькое кафе.

У самой ограды университетского городка стояла девушка и тихонько наигрывала что-то на скрипке. Раскрытый футляр у ее ног насчитывал лишь несколько четвертаков и пару смятых долларовых бумажек. Фриланд уже ступил на проезжую часть бульвара, собираясь перейти дорогу, как вдруг за его спиной раздались нежные, волнующие звуки одного из струнных концертов Моцарта.

Исполнение было настолько верным, что Фриланд невольно остановился в удивлении.

Заметив его интерес, девушка доиграла музыкальную фразу до конца и остановилась.

— Вам понравилось? — спросила она.

— Неплохо, очень даже неплохо, — отозвался Фриланд. — Довольно верный темп, никаких импровизаций. Для твоего возраста не вполне обычное уважение авторской задумки.

— Вы, несомненно, считаете, что раз мне нет еще пятидесяти, то я обязательно должна играть Моцарта, стоя на голове?

— А как же бунтарский дух? Стремление разрушить все созданное предыдущими поколениями? Разве не этим вы славны?

— А вам разве не принадлежит честь ругать нас по любому поводу? — улыбнулась девушка. — Впрочем, вы не намного и старше. Сколько вам лет?

— Слушай, а почему бы нам не пообедать вместе? — спросил Фриланд, чувствуя, как у него все еще подводит от голода живот. — Заодно и поговорим о моем возрасте, конфликте поколений и о Моцарте.

Девушка глянула на футляр у ее ног.

— Разве что на мороженое в Макдональдсе.

— Не говори мне о мороженом, — поежился от холода Фриланд. — Пошли, тут недалеко есть замечательное местечко. Как тебя зовут? — спросил он, принимая из рук девушки футляр с уложенной туда скрипкой.

— Пенелопа, — сверкнула нахальной улыбкой скрипачка. — Что, не похожа? Как Пенелопа Круз. Знаешь такую?

Глаза профессора превратились в жесткие щелочки.

— Пожалуй, ты права. На мороженое в Макдональдсе тебе хватит.

Девушка перехватила поудобнее свой рюкзачок.

— Ноэль, — сказала она. — Меня зовут Ноэль. А тебя?

— Меня — Роберт. Роберт Фриланд.

— Значит, Бобби.

— Н-нет, не думаю, — усмехнулся он. — Но можно мистер Фриланд. Если тебе хочется.

— Нет-нет, — засмеялась Ноэль, — Роберт вполне подойдет.

Глядя на ее белокурые длинные волосы, белую, как прозрачный фарфор, кожу и светлые, с рыжинкой брови, он спросил:
— Откуда родом твои родители?

Ноэль устроилась на мягком стуле в кафе у самого окна и, зябко потирая замерзшие руки, улыбнулась ему в ответ.

— Значит на знойную латиночку я все же мало смахиваю. Увы! Мне бы очень хотелось. Всякие там корриды, сальса, танго, карнавал… Но нет, мои родители всего лишь из прозаической, холодной Норвегии.

— Норвегия? Далековато.
— Мгм, — промычала девушка, углубляясь в чтение меню. — Что тут готовят?
— А! — поднял палец вверх Фриланд. — Позволь мне удивить тебя.

— Погоди, — задумчиво вгляделась в названия блюд Ноэль. — Это же русская кухня. Только не говори мне, что ты — потомок русских.
— Увы, нет, — развел руками Фриланд. — Но кухня мне нравится.

— И что же мы будем есть?
— Солянку грибную, пирожки с капустой и рыбой и чай с лимоном и медом, — заказал Фриланд подошедшей официантке.

— Ты заставишь меня расплакаться, — пробормотала Ноэль немного позже, впиваясь зубами в горячий пирожок.

— Обычно еда вызывает чувство удовлетворения, но никак не желание проливать слезы, — сказал, улыбаясь, Фриланд. — Если конечно ты не надкусила остренький перчик.

— Много ты понимаешь! Такие пирожки готовила мне мама, чтобы утром поднять меня с постели. Я была довольно ленивой школьницей, и чтобы заставить меня встать вовремя, мама начинала печь пирожки, обязательно с рыбой, чтобы их запах, распространившись по квартире, заставил меня открыть глаза.

— Давно не была дома?
— Давно, — вздохнула Ноэль.
— Хотела бы съездить?

— Не играй со мной. Ладно? — буркнула Ноэль, и Фриланд мог бы с уверенностью сказать, что в уголкaх ее глаз блеснули слезы.

«Вот поди потом разберись с этим молодым поколением, — думал он. — Сначала убегают из дома, чтобы освободиться от родительской опеки, а потом плачут, потому что не могут вернуться.»

— Ты так и не сказал, сколько тебе лет, — напомнила ему Ноэль.
— А что, выгляжу таким уж старым?
— Нет-нет, в самом соку.
— Как помидор, — сказал Фриланд, и оба они засмеялись.

— Какой удивительный сегодня день, — произнесла Ноэль, глядя на серые облака за окном, которые словно бы поднялись ввысь, приоткрывая небо. — Проснувшись утром, я была уверена, что пойдет дождь. А сейчас — гляди, от туч ничего не осталось.

— Может, это потому, что мне хочется пригласить тебя погулять. Дождь бы только все испортил.

— Так, значит, это ты у нас волшебник! Управляешь погодой!

— Однажды в жизни человеку дается великая сила сотворить чудо. В такой день ему удается абсолютно все. Очистить небо и зажечь солнце — пара пустяков.

— Да-а, — Ноэль посмотрела на него долгим, внимательным взглядом. — И когда же такие дни наступают? Почему-то в моей жизни еще никогда ничего подобного не было.
— В этом преимущество молодости. Тебе так не кажется?

— Опять?
— Что?

— Напрашиваешься на комплимент? Ну, ладно! Дорогой Роберт, позволь мне сказать, что ты замечательно выглядишь. Ты молод и полон сил, чертовски привлекателен, обаятелен и мил.

Я бы сказала немного больше, но с момента нашего знакомства прошло всего… — Ноэль глянула на часы, — сорок пять минут, и поэтoму, чтобы не показаться тебе слишком распущеной, я, пожалуй, промолчу. Ну, что? Достаточно?

— Вполне, — усмехнулся Фриланд. — Я сегодня прямо купаюсь в горячих признаниях.

— А я? — сверкнула кокетливой улыбкой Ноэль. — Я не заслуживаю комплимента?
— Не-а, — Фриланд откинулся назад на стуле.
— Почему?
— Потому что ты так и не ответила на мое предложение о свидании.
— Разве нет?
— Нет.
— Когда?
— Прямо сейчас. Дождь все еще не вернулся.

— Да.
— Да, хорошо? Или да, потом?
— Просто да.
— Ну, тогда идем. — Фриланд поднялся со своего места, подхватив куртку.
— С удовольствием, — подмигнула Ноэль.

Они вышли из кафе и углубились в лабиринт примыкавших к университету кварталов.

— Откуда взялось увлечение классической музыкой? — спросил Фриланд, перекладывая скрипку Ноэль в другую руку.

— От отца, конечно же. Он всю жизнь играл в большом оркестре. А ты?

— А я так, самоучка. Начал с того, что слушал только то, что мне нравилось. Да-да! Не смейся, но в те далекие годы Гайдн казался мне бесконечно скучным, а музыка Шопена вообще наводила на меня что-то, больше напоминающее ужас.

— А как же Моцарт?

— Тут, как говорится, никаких проблем. Любовь с первого взгляда или, вернее, с первой ноты. Кстати, хочешь покажу тебе кое-что?

Первые этажи окружавших их низких зданий занимали многочисленные букинистические лавки, перемежавшиеся с магазинчиками, торговавшими сувенирами, письменными принадлежностями и компьютерами. Фриланд уверенно свернул в узкий переулок и потянул на себя тяжелую дверь.

В небольшом помещении виднелось лишь несколько посетителей, стоявших у длинных стеллажей с музыкальными дисками.
— Что мне больше всего нравится, — проговорил Фриланд, направляясь вглубь магазинчика, — так это возможности современной техники. Смотри.

Он подвел ее к небольшому, вмонтированному в стену экрану и быстро пощелкал клавишами.
— На, надень, — протянул он ей наушники, висевшие до этого рядом на крючке.

Ноэль притянула один наушник к себе, оставляя второй для использования Фриланду. Тот не замедлил воспользоваться предложением, и вот уже в уши им полились чарующие звуки увертюры к «Волшебной флейте».

— Удивительно, правда? Прежде, чем купить что-то, возьми и сравни, послушай.

Ноэль в свою очередь пощелкала клавишами.
— Мне больше нравится вот это.
— Хм-м, — протянул Фриланд, — какая мощь! Какая выразительность! Моцарт. Струнный квартет K458, более известный как «Охота». Здорово!

Однако Ноэль недовольно нахмурилась.
— Что это за оркестр? Кто дирижер? — щелкнула она на описание диска.
— Какая разница? Все равно здорово.

— Нет же, — твердо произнесла Ноэль. — Тут должно быть гораздо быстрее. Так слишком многое теряется. Смотри, я покажу тебе. — Она потянулась к скрипке, стоявшей у стены. — На, подержи, — отдала ему свое пальто.

Когда в маленьком магазинчике зазвучали быстрые, экспрессивные звуки, все другое вдруг отошло на второй план.

Рассчитывавший покупателя кассир захлопнул ящичек своей кассы, так и не отсчитав сдачу. Но и сам мужчина позабыл о своей покупке, шагнув по проходу между полками, туда, где, гордо выпрямившись, с инструментом в руках, стояла хрупкая скрипачка.

Лицо Ноэль все еще было розовым после прогулки пo улице, а светлые волосы немного спутаны холодным ветром. Oднако пальцы ее скользили по струнам легко и быстро и рука со смычком не дрожала.

— Браво! Браво! — раздались крики, стоило ей опустить инструмент вниз.

— Спасибо, — чуть-чуть смутившись, произнесла она.

Фриланд стоял, прислонившись к стене, чувствуя, как горячо бьется где-то в висках его кровь. Сердцу его уже давно пора было успокоиться; не раз и не два, вглядываясь в свое отражение в зеркале и отмечая новую седую прядь в своих когда-то черных, как вороново крыло, волосах, думал он о том, что пора «бурь и страстей» в его жизни уже миновала.

«Разве можно чувствовать что-нибудь еще, когда, кажется, уже испытал в жизни все возможнoе — от преданной дружбы между мужчиной и женщиной до холодной ненависти, от разочарования до теплой, романтической любви?»

И вот он стоит в музыкальном магазинчике и замирает от восторга, как мальчишка, ощущая внутри такое же неуместное желание подпрыгнуть вверх как можно выше, чтобы дотянуться рукой по потолочной балки.

Или… «А почему бы и нет, в конце концов?» — решился он.

— Просто здорово, — прошептал он, наклоняясь к уху Ноэль.
Та бросила на него благодарный взгляд.
— Можно я отправлю короткое сообщение? — спросил он, доставая телефон.
— Интернет в кармане?
— А как же? Без паутины — никуда.

Фриланд быстро щелкал крошечными кнопочками, пока Ноэль застегивала пальто.

— Что это? — спросила она, искоса глянув на маленький экранчик.
— Ты имеешь в виду картинку? — протянул он ей телефон.
— Лотос! — воскликнула она.
— Мгм. Символ перерождения и вечной загробной жизни. Хотя для меня — просто красивый цветок.

Ноэль наконец-то справилась с пуговицами, и они снова вышли в овеваемый ветрами переулок.

— В Египте он везде! — сказала девушка. — На каждой чашке и пепельнице.

— Была в Египте? — удивленно приподнял брови Фриланд. — Что ты там делала?
— Искала свои корни, — хмыкнула Ноэль.

Оказавшись снова на широком бульваре, они остановились.

— Как у тебя со временем? — спросил Фриланд.
— Ничего, — девушка безразлично пожала плечами.
— Не хочешь отправиться со мной в маленькое путешествие?

Ее бледное лицо видимо напряглось.
— Смотря куда.
— В продолжение поисков своих корней, — хитро прищурился он. — Такси!

В просторном салоне автомобиля было очень тепло. Мощный двигатель нес своих пассажиров вперед, по тугой ленте бесконечного шоссе.

Откинувшись на спинку сиденья, Ноэль потихоньку задремала. Короткий мартовский день быстро подходил к концу. Когда за окном машины замелькали многочисленные огни аэропорта, на улице уже было совсем темно.

— Хм, аэропорт, — неопределенно проговорила Ноэль, проснувшись и увидев огромное крыло трансатлантического лайнера. — Ты куда-то летишь?

Фриланд выбрался из такси и, крепко схватив ее за руку, направился в зал отлета.

— Не я, а мы, — ответил он.

У стойки регистрации он взял у нее из рук паспорт.

— Можно?
Она кивнула, разрешая ему открыть документ.

— Ноэль Бьорг, — прочитал он. — Ну, что ж, добро пожаловать на борт, мисс Бьорг.

— Постой! Ты что и вправду хочешь, чтобы я с тобой полетела…

Ее взгляд переместился на табло, на котором светилось красными буквами название места назначения рейса.

— Мой Бог, — выдохнула Ноэль. — Осло. Когда ты успел купить билеты?!
— Паутина, — неопределенно бросил Фриланд.

В течение долгих часов, пока шла посадка и самолет, взмыв в воздух, начал набирать высоту, она едва ли произнесла с десяток слов. Ее широко распахнутые голубые глаза то и дело устремлялись нa усталоe лицo Фриландa. Когда ужин был наконец окончен и свет в салоне погашен, тот с удовольствием откинулся назад в своем кресле.

— Поспи, — проговорил он, — у нас есть еще несколько часов.
— А как же ты? — спросила она.
— Не могу.
— Боишься летать?
— Нет, совсем нет. Доктора говорят — нарушениe вегетативной нервной системы. А поскольку снотворного я в своем портфеле не ношу… Во время лекций оно вряд ли бы мне пригодилось. А ты спи, не волнуйся за меня.

Ноэль тоже откинулась назад в своем кресле, потом приоткрыла новую шторку на окошкe и вгляделась в глубокую черноту, освещаемую только сполохами красной лампочки под крылом самолета.

Уже через мгновение она поднялась снова, как можно ближе придвинулась к креслу Фриланда.

В дале-о-ком, дале-ком небе,
Утопая в золотистом свеченьи,
Дрожа-а-ла твоя-а душа…

При первых звуках еe голоса Фриланд удивленно открыл глаза, однако неторопливо льющаяся песня как-то странно успокоила его.

Ладони, крепко сжимавшие до этого ручки кресла, постепенно расслабились, а широкие плечи как будто кто-то укутал теплым пуховым покрывалом.

Фриланд слушал песню о неизвестной сказочной стране, в которой все люди отчего-то счастливы; в его мозгу обрывки воспоминаний об ушедшем дне переплетались с изображениями то застрявшего под потолком красного шарика, больше похожего на попку младенца, чем на сердце, то с картинками лотоса, такими, какими их, должно быть, видела в далеком Египте Ноэль.

После песни о счастливой стране последовала еще одна, не менее напевная и тягучая, но Фриланд уже не мог понять, о чем она. Дело было даже не в том, что Ноэль пела на неизвестном ему языке. Даже если бы он знал все наречия мира, ему все равно не удалось бы уловить смысл баллады.

Уронив голову на грудь, Роберт Фриланд тихо спал.

Он проснулся, когда лампочки по бокам салона самолета снова вспыхнули ярким светом.

— Как тебе это удалось? — спросил он. — Ни одно лекарство, которое мне до сих пор прописывали, не имело такого эффекта.
— Иногда все гораздо проще, чем кажется врачам, — улыбнувшись, ответила Ноэль.

Все было простым и понятным, и его решение тоже не требовало большого напряжения умственных и душевных сил.

Небо над Осло было таким же высоким и синим, на мгновение Фриланду показалось, что и самолет, и длинный рейс были всего лишь сном. Однако вокруг звучала незнакомая гортанная речь и дорожные знаки, казалось, указывали путь всем, кроме него.
Фриланд и Ноэль стояли на небольшой площади у оживленной станции метро.

— Возьми, — протянул он ей конверт.
— Что это? — удивленно вскинула она глаза.
— Это обратный билет на случай, если ты все же захочешь вернуться, и деньги. Поиски корней предполагают путешествие, если не во времени, то хотя бы в пространстве, а для этого в современном мире, увы, нужны деньги.

Когда он повернулся и пошел к стоянке такси, она все еще стояла посреди нервно метавшейся вокруг нее толпы. Он оглянулся всего один раз, чтобы одним-единственным взглядом охватить ее тонкую фигурку с растрепавшимися волосами и зажатым под мышкой футляром со скрипкой. Ноэль казалась немного растерянной, словно бы она не до конца верила в происходящее.

Фриланд помахал ей рукой и сел в такси.

Следующий вторник принес с собой очередное семинарское занятие. Когда профессор Фриланд подходил к учебному корпусу, его внимание привлек огромный, метров двух в высоту, плакат, установленный прямо на лужайке. Стоя в теплой аудитории у окна, Фриланд вглядывался в немыслимых размеров признание.

На плакате была фотография Жанин — однoй из студенток группы. В руках у девушки был букет алых роз. Над ее головой было нарисовано большое сердце с инициалами «Р.Ф.» в самой середине.

— Вы неисправимы, — обратился он к ожидавшей его реакции аудитории. — Вами движет шаблон, установленное клише. Вам, как более молодому поколению… — вспомнив что-то, профессор неожиданно осекся. — В общем, ваше коллективное сознание сыграло с вами плохую шутку. Если я показал вам способ, как, воздействуя на зрительное восприятие, добиться симпатии, это не значит, что такой же прием сработает и в отношении меня.

Группа разочарованно выдохнула.

— Да, да, господа. Кому-то надо увидеть перст в небесах, а кому-то надо… всего лишь… уснуть… Кстати, о знаках. Они совсем не должны быть столь… очевидными. О собственных чувствах не обязательно писать заглавными буквами.

Клены и каштаны в университетском парке все же не выдержали напора потока тепла и света, и два месяца спустя каждая веточка была густо усыпана нежными зелеными листочками, распахнувшимися навстречу солнцу.

Профессор Фриланд шел к административному корпусу. Его семинар по человеческим эмоциям был почти закончен и надо было принимать решение, включать ли его в учебную программу будущего семестра. Высокая тумба объявлений привлекла его внимание. На ней, перекрывая более мелкие бумаги с просьбами поделиться старыми учебниками или подсказать дешевую комнату внаем, висела красочная афиша.

Профессор Фриланд смотрел на высокие красные буквы; солнечные блики мягко ложились на его лицо.

«Сегодня, в 19.00, — гласило объявление, — в зале городской Филармонии состоится концерт «Цветок лотоса, или поиск собственных корней». Партию первой скрипки исполняет Ноэль Бьорг. В программе, помимо других произведений Моцарта, будет исполнен струнный квартет K458 «Охота.»

Автор: Ирина Бусенок,  irina19 — ник на сайте moiparfum.ru,  специально для журнала Секреты красоты

«Символика любви» участвует в конкурсе на лучшую историю о любви. . Итоги конкурса на лучшую историю о любви.

10 марта 2010

Понравилась статья? Подпишись на рассылку от журнала Секреты красоты!



При копировании статьи поставьте, пожалуйста, активную ссылку на источник - ladytoday.ru!

Читать еще
3 комментария к статье
  1. Evdunya написал(а):

    Занятная история 🙂
    Профессор просто душка )))

    VA:F [1.9.22_1171]
    Rating: 0 (from 0 votes)
  2. Лала написал(а):

    Не интересно

    VA:F [1.9.22_1171]
    Rating: 0 (from 0 votes)
  3. Мари написал(а):

    А мне понравилась эта история!
    хочется прочесть продолжение)

    VA:F [1.9.22_1171]
    Rating: 0 (from 0 votes)
Добавьте комментарий к статье "Символика любви. Сценарий к голливудскому фильму"